Книжные полки

Автор: Этуил

Стихи

Про Любовь в Первую Эпоху. Часть I

Просьбы, отказы - все сухо и скупо.
Ссоры, упреки - все попусту, старо.
Только осталось - закусывать губы,
Чтобы не крикнуть: "Melin Feanaro!"

Пасть на колени в безудержном плаче,
Рук заломить - не позволит рутина.
Шепот прощанья шершаво подхвачен
Пылью алмазной: "Melin Nolofinwe..."

В горе - платочком удушишься шейным.
Мало любила - за то и расплата.
Поздняя клятва - мольба о прощенье
Стоном по волнам: "Melin Finaratho..."

Клятва на горле удавкой сомкнулась.
Верить - нелепо. Надеяться - странно.
Эта любовь среди Льдов захлебнулась
Снегом и воплем: "Melin Turukano!.."

Об руку - злость и цинизм провожают:
Дети из разных народов - не пара!
Мудрость - нужна ли? Важна? И роняя
Пепел сквозь пальцы: "Melin Aikanaro..."

Как Возрожденную Арду обрящем?
Ночь - непроглядна, рассвета - не видно...
Стоном и шепотом, криком и плачем
Через Проклятье: "Entule, melindo!"



Про Любовь в Первую Эпоху. Часть II

Требовать что-то отныне не вправе.
Стали бы клясться, заранее знай мы?!
Вырвет тоска - только гордость подавит
Вздох сожаления: "Melde Anaire..."

Клятвопреступникам - мера покоя!
Вопли и слезы - поддержка от женщин!
Пусть оправдается тот, кто виновен!
...Медная прядь на ладони трепещет...

Лишним становится каждое слово -
Вдоволь уже их на ветер бросали!
Память - пробита осколком былого:
Белое платье - и кровь на причале.

День - заставляет быть сильным мужчиной,
В снах - избавление от этого плена:
В кровь кулаки разбивая о льдину,
Выть над потерею: "Melde Elenwe!"

Тенью прекрасного тешатся - тени!
Битвами - тешится Ярое Пламя!
- Брат, из огня не бывает спасенья!
"Тень бы прощения, Andreth meldanya..."

"И ни один не вернется оттуда!"
...Столько сказать я еще бы хотел, да -
Ты выбираешь надежду на чудо,
Выбор мой - Жребий. Namarie, melde.



Маглор - Маэдросу (к "Последнему причалу")

Что ты мечешься? Близнецы только заснули!
...Все ревели, жалобно звали: "Amme!"
Я играл им песни синдар впустую,
А под нашу - сладкими дремлют снами...

Ты не помнишь? Матушка напевала:
"Медвежонок-бродяжка плутает в звездах..."
Как же дальше? Прошлого у нас мало,
В настоящем - потерь кровавые грозди.

...Посмотри - сопят... что-то в сердце больно.
А похожи, верно, на наших младших?
Рыжины бы только... Ну все. Довольно.
Надо было о них заботиться раньше.

Мне приснилось: мы, предвидев расправы,
С Феанаро клятву не произносим...
А пророки эти, пожалуй, правы!
Что оставим, кроме хулы и злости?

Отщепенцы чести, семьи и славы,
Не услышим: "Atto", не скажем: "Mellon"...
Отвечай мне, брат, отвечай мне правду:
Ты уверен, что свято оно - наше дело?

Нет, молчи! Молчи! Даже я не в силах
Перепеть того, что не мною спето.
Убери-ка лютню... (Проклятые Сильмариллы!)
Тише! Выйдем, пока не проснулись дети.

* * *

(вот к этой картинке)

Ты сказал бы: "Крепись, первородный брат!"
Ты сказал бы: "Волю сожми в руке!"
Но вся крепость моя - череда утрат,
А рука... Вот - кровь на твоем клинке.

И объятья как встарь - крепки, теплы,
И в глазах любовь - легче вражий взгляд.
Мне прощенье твое - тяжелей скалы,
Где отныне дух мой будет распят.

Я сказал бы: "Глаза, toron, отведи!"
Я сказал бы: "Улыбка твоя - что меч!
Дважды Льды и Море не перейти!" -
Но такая тяжесть упала с плеч.

* * *

- Где мой брат?
- Он пробился за нами вслед,
На полшага всего отстал.
Он от слез и от ярости глух и слеп,
И печать на его устах.

- Где мой брат?
- Он от гнева и горя пьян,
Рвет и мечет, как дикий зверь...
- Или воет, как будто попал в капкан -
Звать не стоит его теперь.

- Где мой брат?
- Он сражался искусней всех!
- С ним целители - ранен, слаб...
- Даст Единый, его не отнимет смерть!
- Нет поверженным им числа...

- Где мой брат?
- Отступлением обозлен,
Не желает ни с кем бесед...
- Лишь, щетинясь, твердит про позор знамен
И клянет Первородный Свет...

- Где мой брат?
- Близнецы отошли назад -
Быть щитами для наших спин...
Господин мой, тебе говорить нельзя -
Ты ведь ранен, ты лучше спи...

Но мешает носилки вперед нести,
Жадно требует свой ответ:
- Где мой брат?
- Мы сказали о всех шести!
- Где мой брат?
- Да у Лорда бред!..
9.03.2004

 * * *

- Я не видел. Но там же был ты?
- После чада нахлынул ужас,
охолонив горячку битвы...
И, безволием все недужась,

отступили... В кольцо зажатым
он остался с дружиной малой.
Выходил супротив вожак их,
и секиру свою вздымал он.

Сталь со сталью сходясь, звенела,
бич огня - и последний выпад...
- Что же после?
- Лишь пламень белый
ввысь и ввысь, серебро рассыпав.

- А потом - что?
- Упало знамя -
и потоками вражьи орды...
- Дальше.
- Дальше - мы оба знаем.
Ныне - новый Король у Нолдор.
13.04.2004

* * *
- Бродишь и бродишь. Волнуют границы?
Что ты все ищешь глазами в низинах?
- Ночи холодные - вот и не спится.
Снова в Дортонион ветрены зимы...

- Ты раздражен по причине невнятной.
Выпей вина... или старое горе?
- Горе не старится... Веришь ли, брат мой,
Больше не хочется к берегу моря.

Хочется лета - с куста земляники,
Или весны - черноземных прогалин...
Toron, мне что-то тревожно. Взгляни, как
Вздыбились скалы за краем Ард-Гален...
24.03.2004

* * *

...Вот она - изгнанница-осина,
Кромка зачарованного леса.
"Было у отца четыре сына", -
старую листва заводит песню, -

"Четверо, чья пламенная слава
канула в забвении и слове,
на кого Судьба вела облаву,
чьи обеты были наготове.

Гибель - их деяниям мерило..."
-Замолчи! Про это мне известно!
Правильно с тобой не говорила!
Правильно гнала тебя из леса!

И дрожит опальная осина,
будто бы и вправду виновата...
Было у отца четыре сына.
Было у меня четыре брата.
31.03.2004

* * *

Что-то в истинах непреложных
Заплутали рассудки наши.
Я давно уже сплю тревожно,
А порою - так вовсе страшно:
Пламя, пепел и гарь пожара - 
Айканаро мой, Айканаро!

А в их городе пыльны стены.
"Пыль - алмазная!" - скажут гордо.
Что сочлось одному изменой,
То в другом назвалось породой:
За чужачек средь нолдор плата - 
Ангарато мой, Ангарато!

Плачет Уинен: "Грустно, душно..." -
(Видно, Оссэ с ней был неласков) -
"Выдь на берег, моя подружка,
Расскажи поселёлей сказки..."
А смеяться и петь невместно - 
Артаресто мой, Артаресто!

И забъется тревожно море,
Воспоминув опять ушедших.
Кто-то очи возводит горе,
Кто-то долу опустит всед же.
Не восполнятся ввек утраты -
Финдарато мой, Финдарато!

 * * *

Бледен муж мой - который день,
стал похож на живую тень,
Ходит, слепо касаясь стен,
Будто ноги его не держат.
На расспросы - ведет плечом,
Ночью - горбится над свечой.
- В прошлом, будущем - что прочел?
Отзывается мне - все реже,

Чьей-то болью слова сквозят,
Я всмотрюсь - он отводит взгляд,
Словно мне и узнать нельзя,
Что за горечь его снедает...
И опять средь моих подруг
Шепот: "Болен, что ль, твой супруг?
Молчалив и угрюм - не вдруг...
И откуда напасть такая?"

Я сегодня с утра - смелей,
Я спрошу его без затей:
"Почему без моих детей
Возвратился, о мой любимый?"
Глядя, как разрывает шпиль
Облака, обронил: "Ушли."

...А над морем - наивный штиль.
...А за морем, я знаю, - Льдины.
14.04.2004

 * * *

Утро новое, хлеб - вчерашний,
Чай остыл, и зола в камине...
Спать не дали кошачьи шашни, 
А об отдыхе - нет помину:

Перебрать корешки и травы...
Нет, еще не проснулись, вроде.
Старой деве - одна забава:
С ребятней чужой хороводить.

Средь некровных чумазых рожиц
Пожалеть, кто разбил коленку,
И внимать их нытью построже
Про "опять молоко" и "пенки..."

Да вздохнуть - красота поблекла! -
На столе расставляя блюдца...
Да тихонько всплакнуть над пеплом
Как племянники отвернутся.
19.04.2004

Atrabeth Aegnor ah Andreth

- Не просилась ты в невесты, 
Да и я того не жаждал.
Дважды мы не будем вместе -
и не разлучимся дважды.

Толи я труслив и жалок,
Толи без огня горело...
То - не ты не удержала,
То - Судьба не захотела.

- Что оставлена - не внове,
Только крыть обиду нечем:
все не залатать любовью.
Были б дети - было б легче.

Жизнь такая соль, что пресно.
Будь спокоен, милый враже,
Не просилась я в невесты.
Да и ты любви не жаждал.

* * *

- Я предчувствовал горе - точно.
Предугадывал скорби - были.
Пусть сестрица побудет с дочкой.
Мне смотреть на нее нет силы.

- Ты закрой глаза.
- Коченею.
- Вот - вино.
- Леденит похмелье.
Ты меня не пустил за нею,
А она все кричала: "Meldo!.."

- Что же ты согласился, toron,
Коль предвидел, что путь никчемный?
- Чтобы выстроить Белый Город,
неприступный - и обреченный.

 

Нэрданэль 

1.  
- Дочка, ты что-то мрачная 
Утром вернулась с пустоши...
- Мы на гаданья брачные
Ветра ответы слушали.

- Видно, твое гадание
Было не больно радостным...
- Все любопытство раннее,
Вот и была наказана.

- Что ж за слова подслушаны,
Раз ты поныне бледная?
- "Будешь жена безмужняя,
Будешь ты мать бездетная".

2.
Больше дела, меньше слов!
Так и знала - сразу в рев.
Отвечай, зачем хватал 
Неостуженный металл?
Ведь тебе же не шутя,
Непослушное дитя,
Говорила я: "Не тронь!.."

...Дай, подую на ладонь...
И еще разок... ну, вот.
Все до свадьбы заживет.

3.
Сиянье города во тьме
погашено.
И свысока бросают мне:
"Не спрашивай!"

Когда проснулось до поры
Проклятие,
Сдержи-попробуй семерых
в объятиях.

И как неистово вослед
ни взмолишься,
Они одно твердят в ответ:
"Сокровища!"

...И все казалось под теней
покровами,
что искры золотых огней -
багровые,

и будто огненный венец
над первенцем.
...А жизнь - вот чудо из чудес! -
все теплится.

4.

С твоего я убираюсь пути -
Мне досталось сумасбродных идей.
Если будешь уходить - уходи,
Забирай с собою даже детей.

С чем останусь? А циновки плести!
Слушать сказки о Всемирном Добре...
Если будешь уходить - уходи,
И не вздумай постоять у дверей.

Показалось? Или правда - "Прости..."?
Не расслышав, оставляю судьбе.
Ты собрался уходить? Уходи.
...Только будь помилосердней - добей.

5.
Выйду рано босая, простоволосая.
Под седым рассветом город в огни не крашен.
И зачем вернулась сюда с вопросами?
...А вон то окно когда-то считалось нашим.

И на так уж мучит теперь бессонница
И тоска по тебе, и слезы придут едва ли,
И уже почти через силу помнится,
Как под той омелой впервые поцеловались -

При старании камень по капле точится!
И который год я себе повторяю внятно,
Что пора бы забыть о своем пророчестве.

...Только эхо на семь голосов повторяет Клятву.


Текст размещен с разрешения автора

Назад на Книжные полки Нан-Эльмота

Рейтинг@Mail.ru